Евгений Водолазкин: «Является ли Россия Путина монархией? Думаю, что нет»

В эти дни страна отмечает 100-летие Февральской революции, закончившей тысячелетнюю историю монархического правления в нашей стране. Но не стала ли нынешняя Россия по факту монархией? Падение дома Романовых в 1917 году — это трагедия или естественный ход развития? Вы проголосуете на выборах за того, кого Владимир Путин объявит своим «наследником»? Отвечают Олег Морозов, Екатерина Шульман, Константин Затулин, Максим Калашников, Евгений Водолазкин и другие.

Евгений Водолазкин: Царь нужен тогда, когда он есть. Эта старая формула, которая гласит, что все действительное разумно и все разумное действительно, имеет свои исключения. Но в целом она справедлива. Царь был нужен тогда, когда он был. И сейчас возвращаться к монархии было бы, наверное, странно. Является ли Россия Путина монархией? Думаю, что нет. Потому что монархия — это не только форма политического правления. Нынешние руководители они, прежде всего, политики, и ставят перед собой политические задачи, то есть узкую задачу — управлять страной. Если угодно — быть менеджером. Что касается царя, то эта позиция имела метафизическое измерение. Царь был не только, условно говоря, политически или в государственном смысле ответственным за страну, но он отвечал и в духовном смысле. По крайней мере, так это понимали цари в России.

Я знаю, что существует такая манера — трактовать историю, того или иного политика, того или иного царя. Но это, в общем-то, весьма неточное наименование, потому что оно не включает в себя метафизическое понимание царствования. А вообще это очень сложная тема и очень интересная. Сначала ведь царей не было, как мы знаем из Библии. Цари возникли тогда, когда уже первоначальная гармония исчезла, так что царь — это тоже историческое понятие. Но важно понимать, что каждый период имеет свою форму правления. И они очень не похожи. И эта непохожесть связана с тем, что каждое время имеет совершенно разные задачи.

Падение дома Романовых — да, это огромная трагедия. Во-первых, это трагедия в том, что этих людей расстреляли — совершили деяние, в отношении которого внятного раскаяния я не слышал пока. Кроме того, трагедия это была еще и в том отношении, что со смертью царя открылись шлюзы, и возникло впечатление, что теперь все можно делать, и все дозволено. Знаете, когда проливается кровь, совершенно слетают тормоза у людей. И благополучные вроде бы люди превращаются в преступников, что и произошло в нашей стране. Кроме того, даже если брать чисто политический аспект монархии, посмотрите, как спокойно монархия изменила свое качество в Англии. И дело ведь не в монархии и не в монархе тогда было. Дело было в народе. Поэтому вот эта жертва, которой стала царская семья, ужасна во всех смыслах. Царь отрекся от престола не из страха. Ему показалось, по крайней мере, так ему внушали, что лучше будет без него, и он из любви к России и решил уйти. Если население считает, как ему казалось, что без него лучше, то он это предоставил России — предоставил свободу и ушел. Но мы понимаем, что произошло, потому что дело было не в царе, еще раз повторяю, а, на мой взгляд, в нравственном состоянии народа, которое к 1917 году было в весьма плачевном состоянии.

Прочитать все мнения на «БИЗНЕС Online»

Добавить комментарий