Авиатор: история России с высоты птичьего полета

22 мая в библиотеке Московского района состоялась встреча с писателем Евгением Водолазкиным при участии директора Центра духовной культуры и образования Выборгского округа иерея Константина Морозова в рамках лектория "Предание.ру".

Отвечая на вопрос отца Константина, справедливо ли утверждение, что Россия "катится назад, в Средневековье", Евгений Водолазкин отметил, что сам термин "Средневековье" превратился во что-то вроде бранного слова; "жестокости" той эпохи часто противопоставляют "гуманизм" Нового и Новейшего времен, но это не соответствует действительности. Даже главный козырь обвинителей западного Средневековья - костры инквизиции - "не работает": дело в том, что костры инквизиции пылали позже, в эпоху Ренессанса. В Средние века не было идей массового убийства людей, они появились в "цивилизованное" Новое время, а особенно - в "просвещенном" ХХ веке.

Писатель подчеркнул, что выводы о той или иной эпохе делает на основе того, в чем лучше всего разбирается, то есть литературы и филологии. Говоря о средневековой литературе, он подчеркнул, что это не была литература в современном смысле слова. То или иное произведение фактом художественной литературы делает вымысел, но именно художественного вымысла в средневековой литературе и не было. Это не значит, что все описанное в ней, например, в житиях святых, можно документально подтвердить. Да этого и не требуется: сфера реального для человека того времени была не такой, как для современного. Реальным было все, что должно было быть, должное становилось сущим. Неудивительно, что агиографы, не имея достаточных сведений о жизни святого, использовали факты из жизни… соименного святого: метафизически они были одно. По той же причине (должное становится сущим) неправомерно упрекать за "подлог" переписчиков - авторов христианских вставок в произведения Иосифа Флавия.

Современная литература все дальше уходит от традиционной "литературности": об этом говорит популярность "нон-фикшн", справочников и мемуаров. И даже если произведение создается как художественный вымысел, писатель облекает его в форму "нон-фикшн" - например, дневников или мемуаров.

Средневековая литература не знала авторства, законченности - текст был бесконечен, при каждом переписывании мог изменяться, дописываться. Появление книгопечатания изменило эту практику: лектор назвал книгопечатание не причиной этого изменения, а следствием потребности человечества в нормативных текстах. Сейчас наблюдается обратное явление, отход от нормативности, возврат к "бесконечному тексту": этому способствует Интернет.

Единственный текст, который не подвергался изменению в Средние века, - Священное Писание. Любые средневековые тексты были "замкнуты" на него посредством цитат, с основном - из Псалтири. В Средние века не существовал феномен чтения про себя - читали только вслух. Человек не мыслил категориями "будущего", "перспективы": это - порождение Нового времени. Мечты о будущем сводились к утопии, а слово "утопия" переводится как "место, которого нет". Человечество мечтало о том, чего нет и чего на самом деле не может быть. Последствия этого бывали катастрофичны.

Говоря о творчестве самого Евгения Водолазкина, иерей Константин Морозов отметил, что оно посвящено не истории как таковой, а личности в истории. Писатель согласился с этим, добавив, что именно христианство открыло персонализм: каждый человек на Страшном Суде отвечает сам за себя.

Видеозапись встречи:

Текст: Митрополия

Добавить комментарий

This site uses Akismet to reduce spam. Learn how your comment data is processed.